А болезнь по почерку можно диагностировать? Например, сер­дечники как пишут?

Больное сердце — это чаще все­го сердце невротика. Возьмите себе на заметку одно графологи­ческое правило: чем шире в попе­речнике отросток букв «д», «у», «з», тем более эмоционален чело­век. «Пузатые» буквы — намек на сверх эмоциональность, склонность к «раздутым» переживаниям, дохо­дящую до невроза или истерии.

А от истерики до инфаркта, как известно, рукой подать...

 Почему врачи в большинстве своем так неразборчиво пишут? «Врачебный почерк» - это просто притча во языцех! Профессия врача (если это хороший врач, конечно) предполагает посто­янный поиск, стремление отойти от шаблона. Я бы сказал так: хоти­те выздороветь — ищите эскулапа, пишущего «как курица лапой». Если врач перешел на каллиграфию — зна­чит, он застыл в развитии, для него догма стала важнее истины. Очень хорошо, если доктор иногда непроизвольно переходит на латынь — он соединяет в этот момент теорию с практикой и с интуицией.

Но ведь в школах до сих пор существуют тетрадки-прописи для первоклашек, и учителя следят за тем, чтобы буква была написана именно так, а не иначе... Что такое школа? Часть государст­ва. А какие люди нужны государст­ву? Легкоуправляемые. Вот и учат нас писать совершенно безвольную «р», традиционную «т». Кстати, с «г» действительно парадоксальная ситу­ация. Каллиграфические каноны предлагают писать ее «заборчиком» — как у людей с застывшим в разви­тии интеллектом. И очень хорошо, что многие из нас переходят потом на печатный ее вариант — проекцию активной мыслительной позиции.

Можно ли, сознательно меняя почерк в заданном направлении, изменить свой характер, способ­ности? Избавиться, например, от врожденной боязливости?

Вряд ли здесь дело в самом написа­нии. Человек, сознательно решив­ший перестать «праздновать труса», контролирует свой почерк, движи­мый определенным намерением. А намерение — это уже полдела.